mk.ru : Московский комсомолец

Желающих помогать себе подобным безвозмездно оказалось немного, человек 15. Всем нам выдали необходимый объем литературы и велели с ней ознакомиться. Сразу после этого наша группа приступила к практическим занятиям. И тут-то выяснилось, что теоретическая база, которую мы так тщательно изучали, далеко не всегда и не во всем может помочь.

Только «да» и «нет»

— Мне нужен один желающий, он будет нуждающимся в помощи человеком, — объявляет преподаватель.

Моя соседка Наталья робко тянет руку. Она и получает листок с заданием — там указано, с какой именно проблемой ее героиня обратилась в службу психологической помощи.

— Вам позвонила женщина. Ваша задача — узнать, что у нее случилось, и помочь ей. Вопросы нужно задавать так, чтобы человек отвечал либо да, либо нет. Помните — она не может сейчас все рассказать, потому что находится в шоковом состоянии. Приступайте, — получаем мы свое задание.

Засыпаем «пострадавшую» вопросами: «Попробуйте хоть что-нибудь рассказать…», «Как вы себя чувствуете?», «Что с вами случилось?»

— Запомните: в реальной жизни такая женщина уже давно бросила бы трубку или обругала бы таких «специалистов», — дает психолог оценку нашим действиям. — Вы же должны были сначала узнать, в безопасности ли находится нуждающийся в помощи человек и может ли он разговаривать, есть ли рядом кто-нибудь. Потом вы должны были спросить, боится ли позвонившая того, кто рядом, может ли покинуть помещение, в котором находится. Допустим, рядом тот, кого боятся. Ваши действия?

Мы «сдаемся». Все сразу. Ни один из нас не знает, как помочь тому, кто не может обратиться за помощью и сказать, что случилось.

Зашифрованный номер

— Вы спрашиваете, по-прежнему ли позвонившей угрожает опасность. Если ответ утвердительный, советуете, во-первых, не провоцировать конфликт. Во-вторых, уточняете, вооружен ли тот, кто ей угрожает, и согласна ли она принять вашу помощь. Если да, то спрашиваете, с мобильного ли она звонит. При получении ответа говорите: «Я сейчас по цифрам попробую угадать номер. Как только называю нужную — говорите «да». После этого вы записываете номер, звоните в полицию и объясняете, что нужно установить координаты человека, у которого сейчас работает этот мобильный номер, и выехать на место ЧП, пока не поздно. Если же жизни вашего абонента на данный момент ничто не угрожает, вы советуете обратиться в больницу и в полицию. Объясняете, как правильно нужно обращаться в полицию.

— Что там сложного? Написала заявление, унесла — делов-то, — удивляется одна из участниц группы.

— На самом деле все не так просто, — звучит в ответ. — Женщину нужно убедить в том, что она должна не только отдать заявление в правоохранительные органы, но и не забирать его потом. Иначе делу не дадут ход и нет гарантии, что будут качественно работать по второму заявлению. Полицейские могут подумать, что она сегодня принесла заявление, а завтра опять его заберет. Вы должны убедить звонившую в том, что так делать нельзя, и рассказать ей, как она может защитить себя.

— И как обычная женщина может защититься от громилы-мужа, которому даже дверь выломать ничего не стоит? — звучит вопрос.

— Никак, —тут же припечатывает психолог. — Поэтому тех, кто звонит и жалуется на мужей, вы убеждаете в необходимости уйти от этих садистов. Нам в свое время говорили, что в случае, если на тебя несколько раз подняли руку, надо уходить. Потому что если тебя избили первый раз, а потом принесли цветы и ты все простила, то в большинстве случаев обязательно получишь еще раз. Не уйдешь после второго раза — в третий эти цветы положат на крышку твоего гроба. Делайте выводы, девочки. И еще. Учите жертв не провоцировать конфликты. Например, если вам звонит женщина, которую бьет муж, скажите ей, что в момент драки ни в коем случае нельзя кричать: «Я на тебя заявление напишу!» Это его не остановит, только разозлит. И не исключено, что до следующего дня ваша заявительница просто не доживет.

Защита от грубиянов

Через несколько недель разбора подобных ситуаций нам дают один из самых важных уроков.

— Есть те, кто звонит в службу поддержки просто поболтать, — рассказывает психолог. — В это время люди, которым нужна помощь, дозвониться до вас не могут. Однако прежде, чем отключаться, вы должны выяснить, действительно ли у вашего абонента все в порядке. Только после этого можно под благовидным предлогом закончить разговор. Причем не всегда под благовидным. Некоторые звонят в службу поддержки для того, чтобы… возбудиться от красивого женского голоса, обладательница которого к тому же обязана общаться с позвонившим. Если вы точно уверены в том, что это ваш знакомый сексуально озабоченный Петя, то разговор можно свернуть быстро. Например, так: «Петя? Опять ты? Опять балуешься? Ну я пойду, поработаю».

Еще несколько дней проработки проблемных ситуаций, и всем нам начинает казаться, что город полон маньяков, садистов, подонков и прочих элементов, которым не место в нормальном человеческом обществе. А еще через несколько дней мы выходим работать уже без помощи преподавателя, способного найти выход из любой ситуации.

Нас не зря учили общаться с теми, кто может отвечать на вопросы только «да» или «нет». Проблема в том, чтобы найти нужные формулировки, пока абонент на том конце трубки плачет и ничего не может сказать. Меня на первых нескольких звонках буквально спасает совет нашего преподавателя: «Обязательно используйте свой жизненный опыт. Если это помогло вам, то не исключено, что поможет кому-то еще».

Жертвы домашнего насилия

Далее следует еще ряд звонков. Я словно повторяю полученные на практических занятиях уроки: звонят жертвы домашнего насилия. Взрослые женщины, зарабатывающие себе на жизнь сами, но при этом по каким-то причинам терпящие рядом мужа-тирана, поднимающего на них руку. Особенно больно становится оттого, что таких, как они, масса. И далеко не каждая может уйти от садиста, с которым когда-то была связана узами брака. Причины разные: кому-то просто некуда идти, кто-то из последних сил пытается сохранить семью, не понимая, что семьи-то как таковой уже нет… Самое страшное, что около 90 процентов не уходят от мужа-садиста потому, что не могут решить вопрос с жильем. Если такие женщины разведутся, то все равно будут вынуждены жить под одной крышей с мужем, только в более ужасных условиях: теперь он может не только издеваться над ними, но и водить домой баб.

…Отвечаю на очередной звонок. Мне приходится разговаривать с ребенком, которого избивают собственные родители. Причем бьет отец как попало и обо что попало, а мать даже не заступается… Они не знают, что калечат психику собственного ребенка, равно как и не понимают еще одной важной вещи: для защиты детей сейчас делают очень много. В этом случае срабатывают практически мгновенно все службы — непутевых родителей лишают родительских прав. Об этом должны помнить те, кто в качестве метода воспитания выбрал кулак. Плачущей школьнице я объясняю, что все эти кошмары прекратит обращение к школьному психологу, а потом рассказываю, как будут развиваться события дальше.

Не путать с психиатром!

Бывает, что человек обращается ко мне с достаточно серьезной проблемой, которую невозможно решить одним телефонным звонком. Советую сходить к психологу. В ответ звучит: «Зачем мне психиатр? У меня с головой все в порядке. Я просто хочу обсудить свою проблему».

Некоторые уверены в том, что психологи и психиатры — это одно и то же, обращаться к ним следует только в том случае, если крыша скомандовала: «Поехали!» Однако замалчивание собственных проблем годами может привести к тому, что психика человека под воздействием внешних факторов с ними просто не справится. Если человеку повезет, то рядом окажется тот, кто может помочь. Если нет, то не исключено, что единственным выходом станет окно, находящееся на десятом этаже. Один из таких случаев — в районе Тополиной аллеи молодой человек шагнул из окна высотки. Перед этим он позвонил в две квартиры, возможно, хотел поговорить. Дверь ему не открыли.

С аналогичной ситуацией по пути домой сталкиваюсь и я. На дорогу в районе остановки «Медицинская академия» выходит женщина. Ей сигналят проезжающие автомобили, но она не уходит. Я выбегаю на проезжую часть, хватаю ее за руку и пытаюсь оттащить на тротуар. Не получается — разные весовые категории.

— Уйди от меня, сумасшедшая! Что тебе от меня надо?! — кричит она.
— Вас же собьют!
— Тебе какое дело?! — плачет она, вытирая пьяные слезы и по-прежнему не двигаясь с места.

Я вспоминаю совет психолога: если человек находится не в том состоянии, чтобы воспринять ваши, пусть даже и правильные, слова о том, что на тот свет еще рановато, попробуйте задать вопрос, который собьет человека с мысли о необходимости немедленной самоликвидации.

— Вас сейчас переедут, и ладно, если насмерть, хуже, если очки разобьют, — замучаетесь по больницам бегать и новые покупать, — выдаю я.

Женщина ошарашенно смотрит на меня и перестает сопротивляться, позволяя увести себя с проезжей части. Вслед нам кто-то припечатывает: «Дуры! Сидеть потом из-за вас!»

Гражданка пьяна, но это не повод уходить от нее. Если я это сделаю, нет никакой гарантии, что кому-то, наехавшему на нее, все же не придется отправиться за решетку. Я увожу женщину во двор на лавочку и предлагаю просто поговорить. Она словно не чувствует холода, я же за пару часов беседы промерзаю до костей. И понимаю, что все то, чему нас учили, сейчас просто полетит к чертям. Оказывается, у Татьяны, так представилась мне незнакомка, есть дочь Марина. Она живет в Германии. Таня всегда хотела, чтобы дочка жила в благополучной стране, и поэтому не жалела денег ни на образование, ни на курсы иностранного. Там же Марина и вышла замуж. У Татьяны появился внук Александр. Малыш родился тяжело больным.

— Я же люблю их больше всех на свете, И Мариночку, и Сашеньку, мы по скайпу общаемся, я им подарки регулярно делаю, — плачет Татьяна. — Не подумай, что в деньгах дело, просто я это к тому, что я ей не обуза, а помощь. А Марина... она говорит, что это я виновата в том, что Саша болен. И постоянно мне это говорит... Мол, я ее в эту Германию отправила... Вот я выпила и... И что мне делать? Что будет с Сашенькой? Как наладить отношения с дочерью?!

— В Германии вашему внуку в любой клинике сделают любую операцию за счет страховки, вам хотя бы об этом не нужно беспокоиться. Если там есть шанс спасти ребенка — его обязательно используют, — убеждаю ее я. — К тому же нет никакой гарантии того, что в нашей стране ваш внук родился бы здоровым. Только здесь, поверьте, у вашего мальчика не было бы такого медицинского обслуживания, как там. Это первое. И второе. Марина просто сбрасывает на вас весь свой негатив, а вы позволяете это делать.

— Она моя дочь, — робко защищает ее Татьяна.

Я объясняю ей, что, несмотря на это, у Марины нет морального права травить собственную мать, и советую временно приостановить общение с дочерью.

— Мы уже месяц не разговариваем, — заливается слезами Татьяна. — Как мне ей теперь позвонить?!

— Как будто ничего не случилось. Просто позвоните, поздоровайтесь, спросите, как малыш, поговорите с ним и с ней. Если она начнет обвинять вас в чем-то, снова приостановите общение. Я больше чем уверена: вы всегда говорили Марине, что она для вас — свет в окошке. Она к этому привыкла. Но ваша дочь должна знать: вы способны не только на то, чтобы вытирать ей сопли. Найдите себе занятие по душе. Прогулки, танцы — что угодно. И расскажите Марине об этом. Сначала она будет раздражаться, а потом начнет уважать вас, потому что поймет: вы способны не только на то, чтобы жить чужой жизнью. У вас должна быть своя. Это поможет вам не зацикливаться на проблеме в общении с дочерью.

Протрезвевшая Татьяна нако-нец-то замечает, что я уже стучу зубами от холода, и заявляет, что проводит меня до дома. Она действительно провожает меня до подъезда и несколько раз благодарит за то, что я не прошла мимо.

* * *

За время работы «психологом» я сделала несколько важных наблюдений. Многие горожане, к сожалению, предпочитают сами решать свои проблемы, тогда как оптимальный вариант — обратиться к специалисту. Они не понимают, что чем дольше тянешь, тем страшнее последствия, причем человек наступление этих последствий осознает не сразу. Быстро в проблеме могут разобраться только профессионалы. А для этого каждый, кто попал в сложную ситуацию, должен понять одну простую вещь: жизнь и здоровье, в том числе и психологическое, — это самое ценное. И не надо стесняться обращаться за помощью к специалистам, чтобы сохранить то и другое.