Валерий Востротин: «Для меня патриотизм – это запах маминых пирогов»

Боевой генерал рассказал, почему стал военным, какая награда для него самая дорогая и как он снялся в кино

5 февраля 2014 в 12:12, просмотров: 6617

Наш земляк Валерий Востротин решил стать военным во втором классе.

Валерий Востротин: «Для меня патриотизм – это запах маминых пирогов»

Настырный мальчишка написал письмо начальнику суворовского училища. В ответ получил программу экзаменов и условия поступления и начал серьезно готовиться. С тех пор минуло много лет, но ни разу Валерий Востротин не изменил принятому решению, пройдя путь от курсанта до генерал-полковника. С отличием окончил военные учебные заведения, служил в Афганистане, где дважды был ранен, в ранге заместителя главы МЧС облетел полмира, был депутатом Государственной Думы, даже снялся в кинофильме в одной из главных ролей… Такая у генерала насыщенная событиями, неспокойная жизнь.

Сегодня Герой Советского Союза председатель Союза десантников России Валерий Востротин живет в Москве и признается, что всего лишь лет пять назад почувствовал, что в столице его дом. А на малую родину – в Касли, где осталась его мама, тянет постоянно… Устремляется он сюда при любом удобном случае. «Удобный случай», а на самом деле большое, яркое событие, был в январе: Валерий Александрович стал лауреатом народной премии «Светлое прошлое», которая ежегодно вручается в Челябинске выдающимся южноуральцам, прославившим свой край. Перед торжественной церемонией награждения корреспондент «МК-Урал» встретился с героем.

- Валерий Александрович, вы в юном возрасте уехали из родного дома и начали самостоятельную жизнь. Наверное, страшно скучали по своим?
- Скучал – не то слово! Даже был на грани ухода из суворовского училища. Мне было 14 лет. И не учеба, не физподготовка были самыми сложными, а то, что рано от дома оторвался. Но ведь это пусть жесткая, но система отбора. Выдержал – значит, сможешь.

- Суворовское училище вы под влиянием родителей выбрали?
- Нет, только сам! Мама была категорически против, чтобы я поступал, отец не активно, но поддерживал. Он был фронтовиком, и ему, наверное, приятно было, что сын такое решение принял. Но и отпускать из дома он меня рано не хотел. Суворовские училища создавались для сирот, а когда семья полная – папа, мама, - как-то не принято было детей туда отправлять. Но это было моей заветной мечтой, и я готовился изо всех сил.

- Спортом, наверное, усиленно занимались?
- И не только спортом. Когда я получил письмо от начальника училища, составил в силу своего понимания программу подготовки в спорте, по математике, русскому языку и английскому. Слабым местом у меня был русский, хотя читал я очень много и до сих пор много читаю, но предмет не давался. Я ведь, признаться, с золотой медалью окончил рязанское училище (Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище. – Д.Л.) только потому, что там уже не было русского языка. У меня по нему постоянно четверки были, тройки иногда. Остальные предметы – на отлично.

- Чем же вас так привлекала военная служба? Романтикой?
- Давайте вспомним то время – наше светлое прошлое. Не так давно закончилась война. У многих моих сверстников родители были фронтовиками. И тема защиты Родины, героическая, была очень популярна. Ну и трудовая тема тоже. Было престижно стать, например, хорошим токарем. Мой младший брат стал лучшим молодым токарем Российской Федерации. Другие были у нас приоритеты. Я выбрал военную стезю, хотя профессиональных военных в семье не было. Но династии военных я очень уважаю и, как командир, знаю: если отец военный, дед был военным, то и курсант, как правило, лучше готов к службе. Он с детства по гарнизонам уже поездил, видел и романтику, и трудности. В десантной службе романтики пять процентов, не больше, а 95 – работа. Как мы говорим, десантник пять минут орел, а остальное время – лошадь.

- У вас множество наград. Какая из них вам больше дорога?
- Самая дорогая, наверное, первая - орден Красного Знамени (эту награду Востротин получил в апреле 1980 года во время службы в Афганистане. Он был ранен, будучи начальником штаба батальона, но продолжал бой. Затем, уже в должности командира батальона, снова получил тяжелейшее ранение. Боевая машина, в которой он находился, попала в засаду и была расстреляна в упор из гранатомета. После долгого лечения в госпиталях Востротин вернулся в строй. - Д.Л.). Он вообще красивый, романтичный, этот орден.

- А я думал, вы скажете, что самая дорогая для вас награда – Золотая Звезда Героя Советского Союза…
- Конечно, и эта. Хотя я получил звание Героя только на четвертый заход. Четыре раза на меня отправляли представление. Последний раз даже дошло до Верховного Совета. Это такое сито было! Сегодня, к сожалению, смотрю: подставляют президента, дискредитируют звание Героя России, раздавая его всем подряд. Сердюков – Герой России! Это как? А в те времена, видимо, хотели, чтобы мы были идеальными.

- Вы прошли Афганистан с его кровью, болью. Не всем потом удалось без надлома влиться в мирную жизнь…
- Не всем - это, прежде всего, солдатам срочной службы. Мы-то, офицеры, опыт военный имели. Нам легче было адаптироваться там, на войне, а потом и после войны. Мы, в конце концов, взрослее были. А вообще проблема очень серьезная. Мировая проблема. Это позже система появилась: не сразу новобранцы попадали на войну – сначала солдат оканчивал специальное учебное подразделение. Там его готовили и психологически, и профессионально. А когда он прибывал в воинскую часть, если командир толковый, а я был толковый командир, то солдата не сразу в бой посылал. Была такая стихийная адаптация. И потом, кто в какой обстановке оказался… Скажу, по крайней мере, за своих подчиненных, среди которых много и челябинцев было: они домой уезжали очень патриотичными, потому что на войне были, защищали Родину, когда их одноклассники служили в мирной армии. Возвращались патриоты – и надо было воспользоваться этим. А они приехали – никому не нужны. Молодые парни после войны кто спивался, кто ломался, кто, наоборот, себя героем мнил – в итоге становился бандитом. И суициды тоже были.

- Вы говорите «патриоты». А что для вас значит патриотизм?
- Этого сформулировать, наверное, не может никто. Вчера слушал видеомонолог Эрнста Неизвестного, где он говорит: «Патриотизм – это не политика, это чувство, в первую очередь, гастрономическое». Я с ним согласился. Для меня родной дом – это запахи маминых пирогов или пельменей. Это целый симбиоз положительных воспоминаний, о которых не забудешь никогда и за которые можешь, если надо, жизнь отдать. И не обязательно нужны при этом высокие слова: «За Россию!» За родной дом, за маму, за любовь.

- Слышал, что вы пишете стихи и даже есть строки, посвященные Каслям…
- Есть у меня десятка два стихотворений, но о Каслях пока не написал… Была задумка, но, к сожалению, десять лет я ее не могу реализовать – хотел к своему 50-летию создать серьезную поэму. Думал начать так: «Разменяю я полтинник на рубли – первый рубль брошу в озеро Касли…» Это ведь традиция – бросать монету в озеро, реку, море там, где побывал, где места чем-то дороги тебе. Для меня это и Касли, и река Кабул в Афганистане, и Рейн, и озеро Виктория, и Байкал, и Ледовитый океан – я же был замминистра МЧС, весь мир облетел. Водоемов-то я за свою жизнь «насобирал» и монет накидал – не сосчитать. Может, когда-нибудь и поэму допишу.

- Не могу не спросить о вашем кинодебюте в фильме «Черная акула». Как боевой генерал стал актером?
- Нет, актером я не стал и даже не пытался. В этом и была идея, чтобы каждый в фильме сыграл себя. Расчет изначально был приземленный, экономический. Нужно было срочно снять фильм, который рекламировал бы новый отечественный вертолет Ка-50. «Черной акулой» он уже стал в этом кино. Если бы не фильм, вертолет так бы и назывался Ка-50. Когда написали сценарий, пригласили артистов, посчитали бюджет – выяснилось, что это сумасшедшие деньги. У министерства обороны таких не было. И тогда министр обороны Павел Грачев, мой, кстати, командир – сначала в училище, потом командир полка в Афганистане, потом командир дивизии, где я служил, – принимает нестандартное решение: каждый играет себя. В фильме было всего два профессиональных актера.

- Но почему выбор пал именно на вас? Артистические способности?
- Я всем отвечаю: по приказу министра обороны. А вообще – по просьбе главной героини. Иностранную корреспондентку сыграла профессиональная журналистка (Каролина Скофилд. – Д.Л.). У нее муж был богатым издателем, и она занималась журналистикой как хобби. А скорее всего, в каком-то плане была английской разведчицей (смеется). Она приехала в нашу страну собирать материал. Такая настырная - побывала во всех частях, в том числе и секретных. Тогда такой бардак в стране был! И две недели пробыла у меня в дивизии. Я ее возил везде, показывал учения, три раза она прыгнула с парашютом. А потом ей предложили сняться в фильме, тоже был свой интерес – иностранка ведь, пусть и не голливудская актриса. В партнеры по фильму ей подобрали прапорщика, чемпиона СССР по ушу. Но она поставила свое условие: буду сниматься, если найдете генерала Востротина – пусть он играет главную роль!

- После фильма, наверное, почувствовали себя популярным?
- Ой, не просто почувствовал! Однажды в аэропорту сижу в форме, провожаю друга, пьем с ним пиво. Подходит женщина: «Товарищ генерал, извините, вы не могли бы дать автограф?» - «С какой стати?» Она говорит: «Не волнуйтесь, я не ваша фанатка, это для сына – он фильм с вашим участием просто обожает». Популярность была большая. Но мне казалось, имидж командира – суровый, неприступный, военный до мозга костей. А артист – сразу к тебе отношение подчиненных несерьезное. Это мне очень мешало.

- Сейчас занимаетесь в основном общественной работой?
- Только ею и занимаюсь. Возглавляю российскую организацию – Союз десантников, московскую – «Боевое братство» и являюсь членом общественного совета Министерства обороны.

- Проблем много приходится решать?
- Стандартный набор любой военной общественной организации: защита ветеранов, в первую очередь инвалидов, семей погибших, и подготовка молодежи к службе в десантных войсках. Трудно, нет законов, не хватает средств. Но у нас войска такие семейные, что ли, патриотичные по отношению к ВДВ. Ветераны создают клубы, учат молодежь, которая хочет служить в ВДВ или пойти в военное училище. Людей, которые хотят и могут этим заниматься, достаточно.

- Вы говорите, молодежь готовят к военной службе. По-моему, у многих молодых людей сегодня одна задача - не служить, а откосить от армии…
- Мы, я имею в виду прогрессивно мыслящих ветеранов, к этой проблеме так относимся: мы сами создали такой имидж Вооруженных сил. И я очень рад, что пришел новый министр обороны и он с этого начал. Общественный совет Министерства обороны всегда существовал только на бумаге. Ничего не делал. Но новый министр Шойгу изменил это положение вещей. И сам он очень многое делает для улучшения имиджа армии: ездит к студентам, беседует с ними, пытается заинтересовать их новой системой службы. Вот создали научные роты. Изменили бытовые условия. Почему у солдат нет горячего душа в казарме?! Министру отвечают: «В уставе нет!» Но возьмите да впишите в устав! Мы же в XXI веке живем! У нового министра свежий взгляд на эти проблемы. Он начал с мелочей. И уже удалось многое изменить.

- Бытовые условия – это полдела. А как с разрухой в головах бороться?
- Все идет к тому, что армия будет профессиональной, но не на сто процентов. И количество призывников будет настолько мало, что проблема отпадет. Не было неуставных отношений в армии до окончания Великой Отечественной войны. Началось все после сталинской амнистии. Пришли амнистированные урки, и их начали призывать: молодость в тюрьме провели, а призывной возраст еще не закончился. И они понесли в армию традиции зоны. Да и не только в армию - в общежития институтов, техникумов. Ломаем эту систему всем миром во главе с новым министром. Вы знаете, все от командира зависит. Я каленым железом выжигал неуставные отношения. Любыми способами. Да, ветеранство, наставничество в хорошем смысле должно быть. Даже где-то жесткое отношение. Это армия, это мужской коллектив, и это будет везде. На работе, на рыбалке, на корабле - все равно в большой мужской компании будут трения. Отбор, воспитание должны быть, но без унижения личности и без физического насилия. Очень сложная эта тема. Но и молчать о ней нельзя. Слава богу, уходит проблема, уходит…

Справка «МК»

Валерий Востротин

родился 20 ноября 1952 года в городе Касли Челябинской области. Окончил Свердловское суворовское военное училище, Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, Военную академию им. М.В. Фрунзе, Военную академию Генерального штаба ВС РФ.

Гвардии генерал-полковник, участник боевых действий в Афганистане, командиром роты принимал участие в штурме дворца Амина в декабре 1979 года, а также курировал действия 9-й роты в бою за высоту 3234; был дважды ранен. Воинские звания старший лейтенант, капитан, майор и полковник присвоены досрочно. С 1994-го по октябрь 2003 года занимал должность замминистра РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. Был депутатом Государственной Думы четвертого созыва.

Председатель Союза десантников России. Глава Московского городского отделения организации «Боевое Братство». Герой Советского Союза. Женат, есть дочь.



Партнеры