Среди участников — челябинская писательница Кира Рус (Полина Винник), которая входит в команду фестиваля. Сегодня она дала главреду «МК-Челябинск» эксклюзивное интервью — о своём дебютном романе, писательстве и о том, почему её истории обязательно должны найти своего читателя.
— Расскажите об истории вашего литературного псевдонима.
— Это очень забавная, ещё детская история. Мне нужно было какое-то имя для сетевых игр, и в какой-то момент я услышала имя Кира. Оно мне так понравилось, что я его оставила. Долго была просто Кирой. А в какой-то момент, когда жила в Китае, меня постоянно называли: «Полина из России», «Полина из России». И я подумала, что нужна какая-то фамилия для псевдонима. Так родилась фамилия Рус. В какой-то момент я стала именовать себя Кирой Рус. Вот так этот псевдоним прижился и остался.
— А что вы делали в Китае?
— В Китае я работала моделью: ходила на показы, на съёмки. Прожила там довольно долго, но некоторые семейные обстоятельства и пандемия COVID-19 сказали: пора возвращаться в Россию.
— Как вы вообще начали писать?
— Пишу с детства. Эту любовь мне привила мама. Мама у меня больше стихи пишет. А мне с рифмой не повезло — очень плохо получается рифмовать. Я попробовала написать несколько рассказов. Они у меня пошли. Мама тоже как специалист оценила. В какой-то степени я начала просто записывать небольшие истории, которые происходили со мной и моими одноклассниками.
Долгое время я не решалась куда-то что-то выставлять, но потом, уже в осознанном возрасте, когда был ковид, решила всё-таки попробовать выйти на самиздатовские площадки. Начала с фанфиков, выкладывала их, получала отклик, и страх прошёл. После этого начала писать оригинальные истории и выкладывать их.
— Реакция аудитории всегда была благожелательной? Или получали и негативные комментарии?
— Мне, наверное, в какой-то степени и повезло, и не повезло с тем, что какого-то хейта или негативных комментариев я не получала. Сейчас, только когда книга вышла, я сталкиваюсь с каким-то негативом. И то его не так много, в основном очень положительные отзывы. Это вселяет веру и надежду продолжать дальше.
— Как вы реагируете на критику?
— Сначала у меня ступор, потом я начинаю отстраняться и вчитываться: что человеку не понравилось, стараюсь его понять. Но я всё равно остаюсь при своём мнении, что написала хорошее произведение. По крайней мере, я точно знаю, что оно уже нашло своего читателя. А на вкус и цвет товарищей нет, поэтому я сильно на них не обижаюсь.
— Вы издавались на бумаге?
— Да. Моя дебютная книга вышла в издательство «Эксмо». Сентиментальная проза. Мой профессиональный прорыв.
— Я так понимаю, когда пишешь для самиздата, ты сам себя редактируешь, сам себе хозяин. А каково это — работать с редактором?
— Мне повезло с редактором. Были дельные советы, и редактор помогала обращать внимание на несколько спорные моменты либо сюжета, либо построения предложений. С правилами русского языка у меня сложные отношения. Единственные значительные корректировки касались нового законодательства: что лучше убрать из текста, что лучше заменить или переформулировать. Но с учётом того, что я сама не раз перечитывала рукопись, редактировала её, у меня ещё и мама вычитывала, там было не так много моментов, которые нужно было отшлифовать.
— Как вы выбрали жанр? Насколько вам просторно в жанровых рамках, комфортно ли вам там?
— Я не ограничиваю себя жанрами. Если я хочу написать про магию, буду писать про магию. Собственно, такие рукописи у меня в работе есть. Не хочу про магию, хочу про реализм — пишу про реализм. И там уже будет либо остросюжетный любовный роман, как моя дебютная книга, либо триллер-детектив. Я свободна.
— Правильно ли я понимаю, что вы не думаете о целевой аудитории тоже? Нет чёткого маркетингового расчёта?
— Я ориентируюсь на девушек от 18 лет и старше. Это самая читающая аудитория, та аудитория, которая даёт отклик. Но на самом деле, у меня нет коммерческого интереса. Я пишу, потому что у меня есть история, которую я хочу рассказать. Найдёт она своего читателя — будет круто, не найдёт — ну что поделать. Всё равно в какой-то момент книжка найдёт того, кто захочет её прочитать.
У меня всегда был интерес к тому, чтобы мои истории напечатались и стояли на книжной полке читателей, в библиотеках, книжных магазинах. Не знаю, есть ли здесь какое-то подсознательное коммерческое желание, не могу сказать. Но просто цель была не заработать, а написать и дать своим историям жизнь.
— А самиздат?
— Печатную книгу не так-то легко издать. Поэтому естественно, всё, что я пишу, сначала выкладываю на самиздат. Я не прячу тексты для издателей, а пишу сразу для аудитории, чтобы она читала и не ждала меня.
— У вас есть какой-то специальный «писательский ритуал»?
— Есть. Я очень люблю писать под музыку, потому что музыка меня вдохновляет. Например, дебютная книга родилась из песни Билли Айлиш. Потом я уже создала свой плейлист и под него писала.
Плюс иногда зажигаю свечи, но это стало происходить редко. Пишу на компьютере. Если у меня во время работы или прогулки появляется какая-то идея, я открываю заметки в телефоне и буквально тезисно её записываю. Потом прихожу домой, открываю Word и уже там раскрываю её.
— Считается, что есть писатели-садовники, типа Стивена Кинга с его знаменитым «а что, если?», и есть писатели-архитекторы, которые всё очень скрупулёзно выстраивают. Вы садовник или архитектор?
— Пока что я не определилась, потому что использую разные методы. Но всё-таки предпочитаю писать так: появилась мысль, появился сюжет — я его записываю. Потом, когда я закончила, возвращаюсь к началу и смотрю, где какой момент упустила, где нужно сильнее добить какой-то эпизод, чтобы не было логической дыры и сюжет был посильнее.
— То есть вы не знаете сначала, чем дело закончится?
— Я сразу знаю, чем закончится книга, к какому итогу придут мои герои. Но они должны пройти определённый путь.
— Вы следите за современной русской литературой?
— Да, слежу. Плюс ещё знакома со многими современными авторами и это очень радует. Мы поддерживаем друг друга: где-то даём советы, где-то даём друг другу почитать свои рукописи, которые находятся в процессе, делимся своим видением. Они очень много помогают: как найти издательство, где лучше прописать те или иные моменты, где стоит всё-таки сместить акцент или что почитать, чтобы написать ту или иную часть книги. Вот это очень помогает.
— Можно попросить вас озвучить пару имён?
— Мне очень в своё время помогла сценарист, режиссёр и писательница Влада Мишина. Также очень люблю общаться со своей подругой Анны Рыжак — тоже современной писательницей — и получать от неё наставления. Денис Лукьянов очень часто мне помогает советами. Ну и очень часто я ещё своему ведущему редактору задаю вопросы. Это Екатерина Дмитриева, сейчас — руководитель направления сентиментальной прозы в издательстве «Эксмо». Порой, мне кажется, что я ее утомляю глупыми вопросами, но она никогда не отказывает в помощи. Мне с ней очень повезло!
— Можете назвать пару отечественных текстов или авторов или названий, которые на вас повлияли?
— Грибоедов, «Горе от ума». Это тот текст, в который я влюбилась в школе, и до сих пор всем говорю, что эту книгу нужно прочитать. И как бы я ни относилась к Льву Толстому как к личности, «Война и мир» на меня тоже в школе очень сильно повлияла. Если говорить о современных писателях, то это снова же книги Влады Мишиной. Виктор Дашкевич и его цикл про Графа Аверина – это моя отдельная любовь. Лия Арден и ее славянский цикл про «Мару и Морока».
— Впереди «Рыжий фест». Это первое литературное мероприятие, на котором вы выступаете в качестве автора?
— Да, это первое будет именно в качестве автора. Но это ещё и первый для меня фестиваль, который я помогаю организовать. Для меня это сейчас очень волнующее событие.
Я к этому тоже долго и с интересом шла, посещая многие книжные выставки в Москве, когда жила там. Мне очень нравится, что я сейчас состою в группе, которая продвигает в нашем городе такие книжные фестивали. И мне нравится, что я участвую в продвижении такой идеи.
— Какова будет изюминка фестиваля в этот раз?
— В этот раз тема фестиваля — «Литературный код регионов». Мы пригласили авторов и издательства из разных регионов России, чтобы привлечь внимание к национальным издательствам, которые выпускают книги о культуре, истории и традициях наших народов.
Таких издательств в стране достаточно, однако далеко не все они известны широкому читателю. Поэтому одна из главных задач фестиваля — познакомить жителей Урала и других регионов России с авторами и издательствами, которые создают и выпускают эту уникальную литературу.
Для нас особенно важно открывать новые имена — тех, кто пока мало известен, но уже ищет своего читателя. Именно возможность познакомиться с такими авторами и представить их аудитории мы считаем одной из главных целей фестиваля.
— Вы так, впроброс, сказали, что жили в Москве, в Китае. А что вы тут делаете? Что вам нравится в Челябинске?
— Челябинск — это моя родина, плюс здесь моя семья. На самом деле мне в какой-то степени повезло, что я здесь какое-то время не жила. Когда я уезжала в Москву, Челябинск выглядел иначе. Сейчас, спустя четыре года, я вернулась и увидела, как Челябинск расцвёл.
Он стал прекраснее: столько новых набережных построили, очистили Миасс. Город просто преобразился. Когда я сюда приехала, я его даже не узнала, по-новому с ним знакомилась. Я просто не узнала город. И я очень рада за него. Мне сейчас здесь очень комфортно.
— Что бы вы сказали молодому автору? Какой бы дали совет?
— Писать, действовать и не бояться. Не бояться публики, не бояться, что тебя осмеют. Ты делаешь то, что тебе нравится, и имеешь право поделиться этим со всеми. Твой читатель всегда тебя найдёт.
Читайте также: Стал известен первый хедлайнер #РыжегоФеста в Челябинске