Памятники индустриальной эпохи

30.07.2014 в 11:55, просмотров: 4196

Александр СУВАЛКО: «Надо менять негативное отношение людей к нашему промышленному прошлому и настоящему».

Памятники индустриальной эпохи
Фото Александра БОГДАНОВА.

Челябинская область богата монументальными историко-культурными объектами советской эпохи.

В июле, во время работы в Сатке IV летней школы отделения культурологии Национального исследовательского университета «Высшей школы экономики», с вопросами о сохранении и «преобразовании» этих памятников мы обратились к преподавателю факультета дизайна НИУ ВШЭ, научному сотруднику лаборатории исследований культуры отделения культурологии Александру СУВАЛКО.

— Александр Сергеевич, какое у вас сложилось общее впечатление о памятниках советской эпохи? В каком они состоянии? Каким образом можно дать им вторую жизнь в современных условиях?

— Заброшенные или полузаброшенные «стройки века», промышленные объекты, дворцы культуры, которые вынуждены сейчас выживать самостоятельно, то есть без помощи предприятий, к которым раньше они относились, — это сегодня, к сожалению, проблема и вызов для многих российских территорий. Саткинский район тут не одинок. Большинство историко-культурных, индустриальных, равно как и природных памятников просто-напросто не атрибутированы, они не описаны, к ним нет никаких пояснительных табличек, того, что музейные работники называют «молитвой». Не понятно, что это за памятники, что они из себя представляют, какая у них история, какое у них было назначение… Взять, к примеру, печи для обжига известняка в поселке Межевом. В «Живом журнале» есть отчет путешественников, которые смотрели на печи и не понимали, для чего они были построены. И в народе их прозвали «бутылочками великана»… В то же время, если мы посмотрим на опыт западных стран, то там все обстоит по-другому. Например, в Великобритании у подъемных кранов, которые раньше использовались в домах для того, чтобы с улицы можно было доставить вещи наверх, сейчас на фасадах домов есть специальные таблички. И на них поясняется предназначение этих кранов в индустриальную эпоху, выполняющих сейчас декоративную функцию. То есть это вещи, которые увековечивают память о времени, когда они были созданы… Объекты индустриальной культуры имеют непосредственное отношение к истории страны, и она очень важна и нуждается в описании.

— Как обстоит дело с этими памятниками сейчас?

— Сегодня они часто забываются. Показательной в этом плане может быть история Бакальской плотины, которую вполне можно было бы использовать для съемок фильма «Ночной дозор», но ее перила уже давно порезаны на металлолом, а местные жители с трудом могут сказать, что это за постройка и для чего она использовалась. Позитивных изменений можно сделать множество.

Возьмем, например, Карагайский карьер в Сатке. Понятное дело, он находится на территории комбината, но тем не менее не хватает какой-то элементарной таблички, на которой была бы кратко прописана история карьера, находилось бы изображение этого места до начала разработок. На месте карьера раньше ведь была гора, в таких случаях обычно указывается, какой она была высоты… Все это необходимо, чтобы люди могли себе представить историю города, понять его место в истории страны. Группа Магнезит, конечно, пытается переменить ситуацию в Сатке и действует в разных направлениях, но тем не менее в целом по России нет ставки на индустриальную культуру. Это можно проследить на уровне того, как сейчас оформляется дизайн городских пространств, как создаются образы городов. В Магнитогорске, например, или Рурской области в Германии дизайнеры поработали хорошо, там легко проследить ставку на индустриальную культуру. Но если мы посмотрим в целом на страну, то увидим, что в подавляющем большинстве, в 70 процентах регионов, основной акцент делается на природу. Индустриальное прошлое и настоящее вымывается из памяти, люди очень негативно воспринимают все то, что связано с рабочей культурой.

— Чем же может гордиться эта культура?

— Много чем. Например, Летнюю школу мы проводили в бывшем ангаре для БелАЗов. Работники культуры, которые приходили к нам на семинары, спрашивали, почему мы выбрали именно это помещение. Тогда как это, без преувеличения, фантастическое место. Мы приехали большой группой студентов и преподавателей из Москвы, и ни одного равнодушного мнения я не слышал. Все восхищались этим зданием. Так что в этом ангаре и вокруг него можно применить очень интересные решения по оживлению пространства, которые будут привлекать сюда людей и позволят по-новому взглянуть на это место. Например, лондонская галерея современного искусства «Тейт Модерн» располагается в бывшей электростанции, где турбинный зал ненамного превышает ангар в Сатке. И в Великобритании эти огромные пространства индустриального прошлого сегодня активно используются и привлекают людей со всего мира. Также выдающимся примером в этой области можно считать индустриальный парк в Рурской области в Германии.

Сатка. Карагайский карьер.

— То есть вы предлагаете нечто подобное устроить и в Сатке?

— В Сатке, в этом ангаре, можно сделать культурный центр, где люди будут с пользой проводить свободное время. Это будет публичное пространство, куда может прийти каждый житель города, послушать лекцию или посмотреть ее по Интернету на большом экране… Неиспользованные пространства надо оживлять и обновлять, а главное — необходимо менять негативное отношение людей к индустриальному прошлому. Следует помнить, что жители Саткинского района, работники Магнезита, или чугуноплавильного завода, или Бакальского рудоуправления сыграли важную роль в жизни страны. И не только страны, учитывая выход продукции саткинских предприятий на международные рынки… Отдельный разговор о ГЭС «Пороги». Это же вообще уникальный памятник! Сто лет непрерывной работы. Единственная такая электростанция в России…

— Насколько я знаю, отдельный интерес у вас связан с дворцами культуры советской индустриальной эпохи…

— Это действительно так. В целом ДК — выдающиеся памятники советской культурной политики. Все эти учреждения были созданы в послевоенное время. Два дворца культуры в Сатке были построены с разницей примерно в год. Их строили в окружении одноэтажных деревянных домов и на возвышенности, в центре сквера или площади. Многими людьми до сих пор эти пространства воспринимаются как храмы культуры. Они выполняли мощнейшую социальную функцию для людей, которые приезжали из деревни и селились в городе. Надо отметить, что вопросы культуры в советское время были тесно связаны с политикой, выполняли контролирующие и просвещенческие функции. В ДК также выполнялась политика советского правительства по ликвидации безграмотности… Говоря современным языком, дворцы культуры рассматривались как центры дополнительного образования (улыбается). Например, в них вполне могли проводиться лекции по финансовым вопросам для людей, которые не понимали, как им надо распоряжаться своими деньгами, как делать накопления… Кроме того, без преувеличения, это было единственное место для проведения свободного времени… Бакальский ДК горняков поражает своими масштабами. Подобные дворцы культуры по России, мне кажется, найти не так уж просто. Если посмотреть, как он архитектурно вписан в ландшафт, то видно, что к нему специально делали эти подъезды, эти «рукава», которые указывают на его намеренно парадный вид. Потому что это не простое учреждение, и вести себя в нем нужно соответствующе. Само здание нацелено на то, чтобы человек даже телесно как-то менялся на входе, вытягивался в струнку и молча созерцал барельефы, в которых как раз представлена научная составляющая, индустриальная основа этих ДК.

Бакал. ДК горняков.

— В большинстве случаев сейчас дворцы культуры сняты с баланса предприятий, к которым они раньше относились. Как выживают ДК?

— Они не просто пытаются выживать, они подстраиваются под нужды людей и превращаются в гибридные пространства по аналогии с гипермаркетами. По всей России остались сотни ДК гигантских размеров. Это остатки роскошной советской инфраструктуры, которую мы получили в наследство. И если саткинскому ДК «Магнезит» повезло — его по-прежнему содержит предприятие, — то бакальский Дворец культуры, что называется, в свободном плаванье. Во-первых, пространство ДК горняков используется сейчас под библиотеку, во-вторых, под зрительный зал. Также в ДК горняков есть еще и тренажерный зал, а это совсем уж поразительная вещь, хотя и распространенная во многих советских учреждениях культуры. Например, в саткинском ДК «Металлург» теперь есть спортивный зал, и, по словам работников, чугуноплавильный завод ремонтирует его за свой счет. Вернемся к бакальскому ДК. Помещения Дворца культуры сдают в аренду. Там проходят ярмарки меда, ярмарки шуб, ярмарки белорусского белья… Безусловно, это очень сильно портит имидж ДК в глазах жителей этого города… Исключения представляют некоторые культурные учреждения столицы, среди которых «Культурный центр ЗИЛ» и «Москвич». Все они бывшие «переосмысленные» ДК, в которых советский формат учреждения культуры изменен в соответствии с современным представлением о проведении свободного времени: у «ЗИЛа» есть лекторий, дискуссионные и творческие клубы, кафе и коворкинг.

Во время Летней школы прошло очень важное событие — состоялось заседание фонда социокультурного развития Саткинского района, на котором было объявлено о сборе средств на реконструкцию ДК металлургов и превращении его в современный культурный центр.

— Александр Сергеевич, а как можно помочь историческим, археологическим и природным памятникам?

— Сейчас мы провели полевой этап исследования по изучению ассоциаций о районе у его жителей и гостей, чтобы впоследствии подготовить ряд дизайнерских решений, которые будут включать в себя навигационные решения и фирменный стиль района. Реализацией этих решений займутся московские дизайнеры, имена которых я пока не могу разглашать. Позже все исторические и природные объекты совместно с краеведами и историками мы будем атрибутировать, делать к ним указатели, чтобы местные жители и гости района могли получить к ним доступ, а также видеть и понимать, что перед ними, какая у этого места история, какое было предназначение в прошлом и какую роль оно играет в настоящее время. Также все объекты, о которых мы сейчас говорим, описываются для того, чтобы занести информацию о них во многие туристические сервисы. Такие, например, как «Афиша-Мир», Яндекс-Город, Google Maps, GigaPan, где в настоящий момент информации о Саткинском районе вообще нет.

— Что еще будет сделано для «облагораживания» памятников?

— Во время школы большую работу провела наша группа фотографов по высококачественной съемке GigaPan. Снят ряд культурных достопримечательностей и индустриальных доминант. Что касается того же Карагайского карьера, то в будущем мы планируем провести съемку ключевых карьеров с воздуха на беспилотном вертолете — дроне. В мире множество поклонников индустриальной культуры, и им будет интересно побывать на Южном Урале.

Кстати, было у нас одно интересное, но дорогостоящее предложение завесить лампочками Карагайский карьер от краев книзу, чтобы отснять с воздуха «новогоднюю елку наоборот». Также известно, что один современный художник думает над тем, как можно было бы превратить тот же карьер в центр современного искусства по аналогии с музеем Гуггенхайма Это было бы здорово, но пока такие решения остается на уровне фантазии.