Шанс на жизнь
Впервые о Симбе заговорили в начале 2020 года, когда известный зоозащитник, основатель приюта «Спаси меня» Карен Даллакян и основатель компании So.Travel Юлия Агаева привезли из села Избербаш (70 км от Махачкалы) измученного пляжными фотографами львенка. У Симбы был поврежден позвоночник, сломаны лапы, пролежни изъели мышцы до костей, кишечник был забит каловыми камнями. Челябинский «Доктор Айболит» смог поставить львенка на ноги после нескольких операций и длительного лечения.
На пляжных фотографов были заведены уголовные дела, а зоозащитники настаивали на том, чтобы Россия выступила с инициативой по включению львов в первую группу списка СИТЕС. Это Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения.
Позднее стало известно, что львенок Симба сможет улететь в Африку на постоянное место жительства — в реабилитационный центр для диких животных «Макоа Фарм» у подножия горы Килиманджаро (Kilimanjaro Animal C.R.E.W). Шансы на переезд в жаркую Африку появились и у другой обитательницы приюта — леопарда Евы. Она поселилась здесь совсем малышкой, в свое время Карену Даллакяну помог ее выкупить у передвижного зоопарка «секретный миллионер» Владимир Маринович.
Репатриация животных — дело дорогое и хлопотное. На поиск спонсоров, эпопею с документами ушло больше года, но свершилось: Симба и Ева в октябре 2021 года вылетели в Танзанию. Провожали животных, как говорится, всем миром. За этой историей следили сотни журналистов. Звери улетели в сопровождении «папы» и «мамы» — Карена Даллакяна и Юлии Агаевой.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2023/04/27/12/articlesImages/image/fc/87/bf/b7/062a995fa378521a281509136545054d.jpg)
Центр спасения животных
«Макоа Фарм» или Центр спасения животных у подножия горы Килиманджаро — райское местечко. Здесь Симбе выделили две гектара земли, а Еве — один. На сайте реабилитационного центра десятки историй животных, которые попали сюда. Многие, как Симба и Ева, тоже пострадали от халатного отношения человека к дикой природе. Это слонята, черепахи, сервалы, гепарды, обезьяны, птицы… Центр основали в конце 90-х ветеринарные врачи из Германии — Лазло Паиш и Элизабет Штегмайер. Одним из меценатов проекта стал русский бизнесмен Александр Андрейчук, уроженец Екатеринбурга. В Kilimanjaro Animal C.R.E.W работала команда ветеринаров, велось строительство новой клиники, которая должна была быть одной из крупнейших в Восточной Африке.
«Я ежемесячно получал фото- и видеоотчеты о состоянии зверей, единственным условием со стороны Танзании было не публиковать эти снимки в социальных сетях. Но все, кто приезжал к нам в приют, могли с ними ознакомиться. Киперы (рабочие по уходу за животными. — Авт.) чуть ли не ежедневно докладывали, сколько килограммов мяса съели звери, как они себя чувствуют», — рассказывает Карен Даллакян.
О том, что в «Макоа Фарм» начались проблемы, в России узнали только в начале этого года. Оказалось, что еще в сентябре 2022-го Центр прекратил свою работу из-за судебных разбирательств по долгам за аренду земли. Всех животных временно перевели в зооцентр города Табора (Tabora Zoo), который находится в 600 километрах от Килиманджаро.
Рассказ «мамы» Симбы
Весной 2023 года переезд русских животных в Tabora Zoo получил широкую огласку и перерос в настоящий скандал между «родителями» русских зверей — Юлией Агаевой и Кареном Даллакяном. «Мама» львенка в своих социальных сетях призналась, что с сентября прошлого года ведет большую работу по поиску нового места жительства для зверей.
«Я обнаружила случайно, что животные отправлены в муниципальный зоопарк. Карен Даллакян и спонсоры проекта об этом не знали, я сообщила им лично. От Александра Андрейчука звонка тоже не поступило. Для тех, кто хорошо знал ситуацию в реабилитационном центре Килиманджаро, земельный конфликт не стал новостью, потому что ситуация ухудшалась и ухудшалась с июня. Когда я побывала в Таборе, то поняла, что это не то, чего мы добивались, — говорит она. — У Симбы проблемы с ножками, ему нужно бегать и прыгать, но о какой реабилитации может идти речь, если здесь бетонный пол, песок и очень ограниченное пространство? Еву тоже мы определяли в совершенно другие условия, проходя все эти круги ада с документами на животного первого списка СИТЕС. Я задавала местному правительству вопросы о дальнейшей судьбе наших животных. Они ответили, что есть несколько вариантов. Либо они останутся в этом зоопарке, либо на юге страны, в Иринге, может быть построен новый реабилитационный центр, либо мы отправляем их в другую страну. Осенью я посетила несколько африканских стран, где есть приличные реабилитационные центры. В октябре вернулась в Танзанию, чтобы доложить местному правительству о своих намерениях, мы нашли общий язык, они согласились перевести зверей. Карену Даллакяну оставалось только прилететь и принять решение. Я тоже поддерживала связь с киперами, но в декабре снова прилетела в Табору и просто не узнала Симбу. Эмоции были похожи на те, когда мы только-только привезли львенка в Челябинск… Он был истощен, у него была диарея после перенесенной инфекционной болезни, которой его заразила обезьяна. Пролежни новые образовались, мухи его облепили… Ему назначили антибиотики, по моему настойчивому требованию увеличили дозу мяса. В течение трех месяцев я восстанавливала Симбу, но почему-то, когда фотографии показывали нашему доктору Карену Даллакяну, он мне не верил».
Рассказ «папы» Симбы
В апреле этого года в Танзанию вылетел Карен Даллакян. Он остановился в доме Александра Андрейчука, который, по его словам, продолжает помогать русским животным в Африке.
«Когда центр в Килиманджаро прекратил работу, всех животных перевели в Tabora Zoo, а Симба и Ева продолжали оставаться там, — рассказал Карен Даллакян корреспонденту «МК-Челябинск» на пресс-конференции медиахолдинга «Гранада Пресс» с прямым включением из Танзании. — Тогда владельцы стали жаловаться на этот факт. Чтобы животным не навредили, власти приняли решение увезти льва и леопарда в зооцентр. О переезде зверей нам сразу сообщили. Я, как хозяин животных, и партнеры проекта с этим согласились. Хочу отметить, что это не зоопарк, а зооцентр, где, как и у нас, живут пострадавшие от рук человека звери и птицы. На большой территории (около 20 гектаров) свободно разместились зебры, антилопы, бородавочники, мангусты, марабу, аисты, пеликан. Очень много обезьян. Их малышей выкармливают и выпускают на свободу. Все животные переехали из реабилитационного центра, нам неизвестна только судьба огромной черепахи и сервала. Также в дикую природу выпустили слонят. Звери и птицы гуляют по территории зооцентра и даже заглядывают к хищникам, для которых в срочном порядке построили вольеры. В Танзании очень трепетно относятся к животным, но помнят о принципах естественного отбора. Так, если маленькие слонята отстали от стада, то их спасут, а раненую зебру или антилопу — нет. Если поступила жалоба на то, что в деревне мучают щенков гиены или на черепахе катаются, то тоже примут меры и заберут животных».
По словам зоозащитника, зооцентр был построен в 1967 году, долгое время был заброшен, сейчас это закрытая территория, где посетители — редкость. В Табору Карен Даллакян поехал после того, как удалось провести переговоры с властями.
«В Танзании были очень удивлены тем, что в России недовольны их работой, — говорит он. — Юлия Агаева распространяла недостоверную информацию о состоянии наших животных в российском посольстве и различных ведомствах Танзании. Потом она каким-то образом договорилась с посольством, что Симбу и Еву вывезут в ЮАР. Дело провалилось, когда потребовалась моя подпись. Мы вынуждены были срочно выехать в Танзанию, чтобы решить эти вопросы. Вместе с комиссией проверили условия содержания зверей в Таборе: все в порядке, они живы и здоровы. Условия содержания хорошие. Здесь нет бетона, это прессованный песок. Симба и Ева находятся в просторных вольерах площадью более ста квадратных метров. Может быть, они не очень красивые, но в них есть все для комфортной жизни. Что нужно зверю? Чтобы его любили и кормили, а стоимость сетки большой роли не играет».
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2023/04/27/12/articlesImages/image/66/4b/26/2f/f737df2904aa16423f689c47633927eb.jpg)
Симба и Фиона
Карен Даллакян размещает в социальных сетях видеоотчеты о поездке, проводит прямые эфиры. Вот превратившийся в огромного льва Симба вальяжно лежит на солнышке, а Ева прыгает и бегает на свежем воздухе.
«В Табору мы приехали ночью, с киперами прошлись по центру с фонарями, конечно, разбудили зверей. Симба спал, но проснулся — прибежал ко мне. Узнал папу», — делится впечатлениями Карен Даллакян.
Он рассказал журналистам, что у Симбы появилась невеста. Ее зовут Фиона. Львице 1 год 4 месяца, вместе с сестрами ее изъяли в четырехмесячном возрасте у владельца отеля. Пока Симба и Фиона живут в соседних вольерах, но им уже организуют совместные прогулки. Правда, на них дежурят киперы со шлангами, наполненными водой. На всякий случай. Все-таки Фиона — дикая кошка, и характер у нее соответствующий. Может быть, жених появится и у леопарда Евы, но пока она подружилась только с бородавочником, который делает подкопы на ее территорию.
Что ждет зверей?
Чем закончится эта история — пока неясно. Мнения многочисленных поклонников львенка и челябинского «Доктора Айболита» разделились. Кто-то встал на сторону Юлии Агаевой и считает, что зверей необходимо срочно вернуть чуть ли не в Россию. Другие уверены, что все наладится.
«Возможно, если удастся обеспечить надежную охрану, в ближайшее время животных доставят в реабилитационный центр Kilimanjaro Animal C.R.E.W., не дожидаясь решения суда. Но пока идут переговоры. Даже когда Симба и Ева находились на территории центра, их обслуживали сотрудники частной компании и госветдепартамента. Свет, вода — все оплачивали отдельно. С центром их объединяли только общая дорога и забор. Поэтому есть вероятность, что мы получим разрешение на возвращение Симбы и Евы в центр, если будут созданы безопасные условия их содержания», — не теряет надежды Карен Даллакян.
«Где доказательства, что наши животные вернутся в «Макоа Фарм»? Конфликт длится уже 1,5 года и все это время принимающая сторона говорит, что вот-вот — и звери переедут обратно. На приеме у министра природных ресурсов и туризма Танзании было сказано, что это невозможно. Восемь месяцев Симба и Ева находятся в зоопарке. Как вы считаете, сколько мы еще должны ждать? Я призываю выйти к прямому диалогу, принять верное решение и поставить точку в этой истории», — оппонирует ему Юлия Агаева.
Безусловно, жить в зооцентре не так хорошо, как у подножия Килиманджаро, но намного лучше, чем в тесной клетушке в Челябинске. Да, строительство нового реабилитационного центра в Танзании или переезд животных в другую страну, наверное, хорошие варианты. Но где взять деньги? У основателя приюта «Спаси меня», который содержит своих зверей на пожертвования, их точно нет. Иными словами, вопросов пока больше, чем ответов. Но стоит ли сейчас устраивать панику или лучше все-таки подождать?